Человек, который перевернул Китай, никогда не занимал ни поста председателя КНР, ни поста генсека партии. Формально он был всего лишь одним из руководителей ― и при этом лет пятнадцать решал в стране всё.
Дэн Сяопин (邓小平, Dèng Xiǎopíng) родился 22 августа 1904 года в уезде Гуанъань провинции Сычуань и умер 19 февраля 1997 года в Пекине, на девяносто третьем году жизни. Фактическим лидером Китая он был с 1978 по 1989 год. За это время страна перешла от коммун к семейному подряду, открыла первые особые экономические зоны, договорилась о возвращении Гонконга и начала рост, который Всемирный банк потом назовёт самым быстрым и массовым сокращением крайней бедности в истории человечества.
При этом из партии его исключали трижды. Разберёмся по порядку.
Франция, завод, партия
В 1920 году шестнадцатилетний Дэн уехал во Францию по программе «работа и учёба». Учиться там особо не вышло ― пришлось работать. Он трудился на заводе Renault и слесарем-монтажником на металлургическом производстве Le Creusot под Парижем.
Вот там, среди станков и эмигрантских кружков, он и стал коммунистом.
В 1926 году Дэн перебрался в Москву, в Университет имени Сунь Ятсена. Очень вовремя кстати, ведь во Франции им уже заинтересовалась полиция за коммунистическую пропаганду среди студентов. Забавная деталь: его однокашником был Цзян Цзинго ― сын Чан Кайши, будущий руководитель Тайваня. Двое молодых людей сидели в одной аудитории, чтобы потом полвека возглавлять враждующие стороны.
Три падения
Карьера Дэна ― это качели с амплитудой в жизнь.
1933 год. Его снимают с постов как «сторонника линии Мао» ― тогда это было обвинением.
1966 год. Начинается Культурная революция. Дэна объявляют «вторым по значимости человеком, идущим по капиталистическому пути». В октябре 1969 года его отправляют в глухую провинцию Цзянси, на тракторный завод уезда Синьцзянь. Бывший генеральный секретарь ЦК четыре года стоит у токарного станка.
1976 год. Его снова снимают ― на этот раз усилиями «банды четырёх», объявившей Дэна контрреволюционером.
И каждый раз он возвращался. В Китае про него говорят «три раза падал, три раза поднимался», и это не метафора, а буквальная биография. О том, как устроена была власть, при которой такое возможно, мы писали в материале про Мао Цзэдуна.
Декабрь 1978: пленум, с которого всё началось
Мао умер в 1976 году. К 1978-му Дэн окончательно вернулся наверх.
В декабре 1978 года прошёл III пленум ЦК КПК 11-го созыва ― пожалуй, самое поворотное заседание в новейшей истории Китая. Пленум отверг курс «браться за классовую борьбу как за основное звено» и перенёс центр тяжести работы партии на экономическое строительство. С этого момента отсчитывают эпоху реформ и открытости (改革开放, gǎigé kāifàng).
Формулировка курса звучала так: раскрепостить мышление, реалистически подходить к проблемам, объединиться и смотреть вперёд.
Проще говоря ― хватит спорить о чистоте идеологии, давайте работать.
Восемнадцать крестьян, которые начали раньше пленума
Самое интересное: реформа в деревне началась не сверху.
В ноябре 1978 года, ещё до пленума, восемнадцать крестьян деревни Сяоган уезда Фэнъян в провинции Аньхой подписали тайный договор. Провинция голодала после засухи. Крестьяне поделили общинную землю между дворами: каждый двор сам хозяйничает на своём наделе, сдаёт государству оговорённое количество зерна, остальное оставляет себе.
По тогдашним законам это была контрреволюция. Крестьяне понимали, чем рискуют, ― и вписали в договор пункт: если кого-то посадят или казнят, остальные вырастят его детей.
Через год деревня собрала зерна больше, чем за предыдущие десять лет вместе взятые. «Голодная деревня» начала продавать хлеб.
Систему семейного подряда узаконили и к 1984 году распространили по всей стране. Восемнадцать отпечатков пальцев под тайной бумагой оказались документом эпохи.
Кошка, которая ловит мышей
Есть фраза, которую приписывают Дэну чаще любой другой: неважно, какого цвета кошка, лишь бы мышей ловила.
Здесь стоит поправить популярную версию. В июле 1962 года Дэн процитировал сычуаньскую поговорку в изложении своего земляка Лю Бочэна ― и кошки в ней были жёлтая и чёрная, а не чёрная и белая. «Белая» появилась позже, когда фраза уже разошлась по миру. Сказано это было в защиту приусадебных участков и деревенских рынков ― мер, которыми пытались вытащить деревню после Большого скачка.
Смысл же остался тем самым: рынок или план ― это способ распределять ресурсы, а не символ веры.
Из этой логики выросло всё остальное. И «социализм с китайской спецификой», и особые экономические зоны, и терпимость к частнику ― при жёстко сохранённой партийной монополии на власть.
Четыре города, с которых начался новый Китай
В апреле 1979 года Дэн Сяопин предложил попробовать «особые экспортные зоны». В мае 1980-го их переименовали в особые экономические зоны, а 26 августа Постоянный комитет ВСНП утвердил положение по Гуандуну.
Так появились первые четыре: Шэньчжэнь, Чжухай, Шаньтоу в провинции Гуандун и Сямэнь в провинции Фуцзянь. Внутри ― особые правила для налогов, инвестиций и торговли. Снаружи ― обычная плановая экономика.
Расчёт был инженерный: если сработает ― масштабируем, если нет ― локализуем ущерб.
Сработало так, что рыбацкий посёлок Шэньчжэнь превратился в мегаполис, а Гуанчжоу и вся дельта Чжуцзяна стали мастерской мира. Позже по той же схеме открыли новый район Пудун в Шанхае ― и болото напротив набережной Вайтань превратилось в тот самый небоскрёбный вид с открыток.
Правда, у медали была изнанка: миллионы людей поехали работать в города, где у них не было прописки-хукоу ― а вместе с ней и доступа к школам и больницам.
К той же эпохе относится и решение, о котором в Китае вспоминают куда менее охотно. В сентябре 1979 года Всекитайское собрание народных представителей одобрило курс на однодетную семью, а 25 сентября 1980 года вышло письмо, призвавшее следовать ему по всей стране. Чем обернулась политика одного ребёнка через сорок лет ― отдельный разговор. К счастью, 1 января 2016 года эта политика завершилась.
Одна страна, две системы
Отдельная конструкция Дэна ― формула для воссоединения страны.
«Одна страна, две системы» (一国两制): территория возвращается под суверенитет КНР, но сохраняет свой уклад и высокую степень автономии. Гонконгом управляют гонконгцы, капиталистический образ жизни не меняется пятьдесят лет.
Именно на этих условиях 19 декабря 1984 года подписали Китайско-британскую совместную декларацию о передаче Гонконга Китаю в 1997 году. Дэн до передачи не дожил чуть больше четырёх месяцев.
Изначально эту формулу разрабатывали ради мирного воссоединения страны в целом ― и первой площадкой для неё стал именно Гонконг.
Южное турне: последний ход
И тогда восьмидесятисемилетний пенсионер сделал то, чего от него не ждали.
С 18 января по 21 февраля 1992 года Дэн, к тому моменту не занимавший руководящих постов, поехал на юг ― в Шэньчжэнь, Чжухай, Гуанчжоу и Шанхай. Никаких официальных решений он принять не мог. Он просто ездил, смотрел заводы и говорил ― и его слова расходились по стране быстрее любых постановлений.
Реформы возобновились. Это было последнее крупное политическое действие в его жизни.
Что осталось
Журнал Time называл его человеком года дважды ― в 1978-м и в 1985-м. Второй раз ― за «масштабные экономические реформы, бросившие вызов марксистской ортодоксии».
Цифры, впрочем, говорят убедительнее журналов. С 1978 года рост ВВП Китая составлял в среднем более 9% в год, а из крайней бедности вышли почти 800 миллионов человек ― больше трёх четвертей всего мирового сокращения бедности за те же десятилетия. Так это оценивает Всемирный банк.
Дальше эта история известна: юань стал мировой валютой, Китай ушёл в космос, а вчерашние деревни выросли в города с метро.
Метод этих реформ описывают формулой «переходить реку, нащупывая камни». Дэну её приписывают постоянно, хотя авторство чужое: фразу пустил в оборот Чэнь Юнь ещё на заседании Госсовета в апреле 1950 года. Дэн её не произносил ― но действовал ровно так. Никакого генерального плана: попробовать на маленьком участке, посмотреть, что вышло, и решать дальше.
Странно признавать, но для страны в миллиард человек это оказалось надёжнее любого плана.